Катастрофа, в которой едва выжил Маккейн

Американсий авианосец «Форрестол», названный в честь первого министра обороны США Джеймса Форрестола, пятые сутки нес боевую вахту у берегов Вьетнама в Тонкинском заливе. С утра пилоты готовили самолеты ко второму вылету. В тот раз на задание должны были вылететь 12 штурмовиков «Скайхок», семь истребителей «Фантом» и два самолета-разведчика «Виджилент».

В 10.53 по местному времени из подкрыльевой кассетницы одного из самолетов вдруг самопроизвольно запустился неуправляемый реактивный снаряд Mk 32 Zuni. Ракета не взорвалась, и, возможно, это происшествие не обернулось бы трагедией, но она угодила в подвесной топливный бак «Скайхока». Бак сорвало с крыла, вылившееся на палубу топливо моментально воспламенилось. Из-за жара начали взрываться топливные баки других самолетов, пламя охватило палубу. Над «Форрестолом» взвилось облако черного дыма.

Затем стали взрываться бомбы.

Первая рванула спустя всего полторы минуты после начала пожара. Это была бомба старого образца AN-M65, сорвавшаяся с подвески одного из самолетов. Сам самолет разнесло на куски взрывом, осколки убили большую часть пожарной команды и пробили топливные баки стоявших рядом самолетов.

Всего взорвалось девять бомб. Из-за взрывов в палубе образовались большие отверстия, и горящее топливо потекло вниз, на палубу ангара и в жилые помещения.

Аварийные команды начали тушить пожар сразу же. Пилоты сталкивали за борт уцелевшие самолеты, сбрасывали боеприпасы.

Пожар у полетной палубы удалось потушить только через полтора часа, в нижних отсеках огонь взяли под контроль к двум часам дня, а полностью потушить пожары команде удалось лишь на следующее утро. «Форрестол» выглядел так, словно пережил жесточайшее сражение: шесть из десяти палуб были повреждены, диаметр пробоин на полетной палубе доходил до семи метров.

Вечером к авианосцу подошло госпитальное судно, чтобы забрать пострадавших.

Всего в пожаре погибли 134 человека, был ранен 161. Огонь и соленая вода уничтожили при тушении 21 самолет, еще 42 были серьезно повреждены.

Самолет, в который попала сорвавшаяся ракета, принадлежал будущему сенатору Джону Маккейну, тогда — 31-летнему пилоту.

Как и другие пилоты, он готовился к вылету. Он как раз забрал шлем у своего приятеля Тома Отта, который помогал ему протереть стекло, когда ракета угодила в самолет.

«В следующее мгновение «Зуни» ударила в топливный бак моего самолета и разорвала его, поджигая 200 галлонов (757 л. — «Газета.Ru») топлива, выплеснувшегося на палубу, сбивая мои бомбы. Тома Отта я больше никогда не видел», — писал Маккейн в мемуарах Faith of My Fathers.

Маккейн выскочил из кабины самолета, добежал до носа, забрался на заправочную штангу и прыгнул вниз с высоты трех метров.

«Когда я прокатился сквозь стену огня, мой костюм загорелся. Я сбил пламя и побежал к правому борту так быстро, как мог.

Куски горячей шрапнели от взорвавшейся бомбы вонзились мне в ноги и грудь. Вокруг меня был хаос.

Самолеты горели. Куски тел, обломки корабля и самолетов падали с палубы. Пилоты кидались в огонь, загнанные огнем в угол люди бросались за борт. Другие ракеты проносились по палубе. Взрывы проломили палубу, и огонь распространился ниже», — описывал он катастрофу.

Корабельный лазарет был заполнен сгоревшими заживо людьми. Кто-то еще издавал тихие стоны, кто-то уже молчал и не двигался. «Они не кричали от агонии, потому что их нервные окончания были сожжены», — вспоминал Маккейн.

Почему же сорвалась ракета?

Механизм запуска подразумевал, что сначала ее нужно перевести из транспортного в боевое положение, затем вытащить чеку, которая блокирует пусковой механизм, и лишь затем при нажатии пусковой кнопки можно было запустить ракетный двигатель.

Но человеческая лень сыграла свою роль. Оружейники на палубе попросили своих коллег со склада сразу переводить ракеты в боевое положение, а уже потом поднимать их на палубу — на складе это делать проще, чем на продуваемой палубе под рев взлетающих самолетов. Самим же оружейникам оставалось лишь выдернуть чеку. Так ракета на полном боевом взводе и оказалась на самолете, который только ожидал своей очереди на взлет.

Чеку, вероятно, выдернуло сильным порывом ветра. Для запуска же оказалось необязательно нажимать кнопку — он мог произойти и из-за скачка напряжения при переключении самолета с внешнего источника электроснабжения на внутренний.

Допускались и другие версии — например, диверсия или атака с берега. Но они были отброшены как маловероятные.

Авианосец больше не мог продолжать летные операции — ему требовался капитальный ремонт. Его проводили на верфи Норфолка до февраля 1968 года. В море «Форрестол» вышел лишь в апреле. Общий ущерб составил $72 млн, а корабль получил пренебрежительную кличку Fire Stall — Огненное Стойло.