"Парад в два дня всей стране изменил настроение"

В эти дни по Москве ползли слухи, что Сталин и Политбюро уехали из осажденного немцами города, жителей которого по возможности эвакуировали, а на улицах возвели оборонительные сооружения. Парад стал способом развеять эти слухи и, что самое главное, поддержать моральный дух страны.

Подготовка к параду началась за пару недель и проходила в условиях строжайшей секретности. Генерал-лейтенант авиации Николай Сбытов, в то время командовавший мобилизационным развертыванием ВВС округа и боевыми действиями истребительной авиации, защищавшей Москву, рассказывал: «28 октября Сталин вызвал в Кремль командующего войсками Московского военного округа генерала Артемьева, командующего ВВС генерала Жигарева, командующего Московской зоной ПВО генерала Громадина и меня. Нам даже в голову не пришло, что причиной вызова могут быть предпраздничные хлопоты Верховного главнокомандующего.

«Скоро годовщина Октябрьской революции, — сказал Сталин, — парад в Москве будем проводить?»

Вопрос был настолько неожиданным для всех, что никто не мог ничего ответить. Военный парад в Москве проводился каждый год, но в 41-м году обстановка была настолько исключительной, что никто и не думал о нем. Какой парад, когда уже минируются мосты через канал Москва — Волга, минируются заводы, например «Красный Октябрь» и ТМЗ. Сталину пришлось трижды повторить свой вопрос уже рассерженным голосом. Только тогда мы все откликнулись и заговорили разом: «Да, конечно, это поднимет дух войск и тыла!»

За день до начала Сталин провел заседание Моссовета на платформе станции метро «Маяковская». Для этого на ней установили трибуну и расставили кресла, а в вагонах стоящего у платформы поезда расположили столы с напитками и закусками.

Гости спускались на заседание на эскалаторе, правительство же прибыло на поезде к свободной платформе. Речь, произнесенная Сталиным на заседании, транслировалась по радио на всю страну, а после распространялась в виде листовок.

«Обычно на торжественных заседаниях в годовщину Октябрьской революции подводятся итоги наших успехов в области мирного строительства за истекший год. Мы действительно имеем возможность подводить такие итоги, так как наши успехи в области мирного строительства растут не только из года в год, но и из месяца в месяц. Что это за успехи и насколько они велики, это известно всем — как друзьям, так и врагам», — говорил Сталин. Он рассказал о ходе войны за прошедшие четыре месяца, о том, как «потоки вражеской крови пролили бойцы нашей армии и флота, защищая честь и свободу Родины, мужественно отбивая атаки озверелого врага, давая образцы отваги и геройства», и о том, как провалились планы фашистов покончить с Советским Союзом за полтора-два месяца.

Хвалил моральное состояние Красной армии и насмехался над самоуверенностью немцев, расхваливавших свою армию и кичившихся временными успехами в войне.

Говорил он и о причинах нынешних неудач Красной армии, а также о том, почему разгром немецких империалистов и их армий неминуем. «В отличие от гитлеровской Германии Советский Союз и его союзники ведут войну освободительную, справедливую, рассчитанную на освобождение порабощенных народов Европы и СССР от гитлеровской тирании», — отмечал он и подчеркивал необходимость активной поддержки со стороны всех граждан, «чтобы вся наша страна и все народы СССР организовались в единый боевой лагерь, ведущий вместе с нашей армией и флотом великую освободительную войну за честь и свободу нашей Родины, за разгром немецких армий».

После заседания Сталин сообщил членам Политбюро и секретарям городского и областного Московских комитетов партии о времени парада — обычно он проводился в десять часов утра,

в этот же раз было решено перенести его на восемь.

Командиров частей, участвовавших в параде, проинформировали в 23 часа, а представителей трудящихся оповестили только в пять часов утра 7 ноября. Власти опасались, что немецкая авиация может нанести удар по площади во время проведения парада, поэтому были проведены превентивные бомбардировки немецких аэродромов. Дополнительным фактором, повышавшим безопасность, стал обещанный метеорологами сильный снегопад.

Перед парадом убрали маскировку с Мавзолея Ленина, расчехлили и зажгли кремлевские звезды.

Первыми под боевые марши со знаменами в руках по Красной площади прошли курсанты артиллерийского училища. За ними — конница и танки, батальоны курсантов Краснознаменного артиллерийского и Окружного военно-политического училищ, полк 2-й Московской стрелковой дивизии, полк 332-й дивизии имени Фрунзе, стрелковые, кавалерийские и танковые части дивизии имени Дзержинского, Московский флотский экипаж, Особый батальон военного совета МВО и МЗО, батальон бывших красногвардейцев, два батальона всеобуча, два артиллерийских полка Московской зоны обороны, сводный зенитный полк ПВО, два танковых батальона резерва Ставки, которые к 7 ноября прибыли из Мурманска и Архангельска.

Всего в параде участвовали около 28 тыс. человек, 140 артиллерийских орудий, 160 танков и 232 автомашины.

На параде Сталин выступил с речью, призывающей громить немецких захватчиков. «На вас смотрит весь мир как на силу, способную уничтожить грабительские полчища немецких захватчиков. На вас смотрят порабощенные народы Европы, подпавшие под иго немецких захватчиков, как на своих освободителей. Великая освободительная миссия выпала на вашу долю. Будьте же достойными этой миссии! Война, которую вы ведете, есть война освободительная, война справедливая. Пусть вдохновляет вас в этой войне мужественный образ наших великих предков: Александра Невского, Димитрия Донского, Кузьмы Минина, Димитрия Пожарского, Александра Суворова, Михаила Кутузова! Пусть осенит вас победоносное знамя великого Ленина!» — говорил он.

Речь Сталина возымела огромное влияние на население. Люди поняли, что власти не бросили их на произвол судьбы, что боевой дух армии не сломлен и что Москва не сдается.

По силе воздействия на ход событий парад сравнивали с успешно проведенной военной операцией. Михаил Смиртюков, советский государственный деятель, вспоминал потом: «Он в два дня всей стране изменил настроение».

На параде не обошлось без накладок. Съемочную группу не предупредили о переносе времени парада, и, хотя на момент начала парада на площади были ассистенты группы, из-за возникшей суматохи звукооператоры не смогли записать речь Сталина. Поэтому речь переснимали в Большом Кремлевском дворце. Сталину пришлось заново читать ее с бутафорской трибуны. То, что речь была записана не на параде, заметно по одной детали: у всех участников, кроме Сталина, идет пар изо рта. При повторной съемке пришлось открыть все окна в помещении, но нужного эффекта достичь так и не удалось.