Каждый охотник желает знать, где "тупит" фазан

Датские ученые предполагают, что охотники делают птиц умнее, причем довольно необычным способом — отстреливая птиц с маленьким мозгом и тем самым производя искусственный отбор. В новом исследовании, опубликованном в журнале Biology Letters, они приходят к выводу,

что охота оказала мощное эволюционное влияние на птиц Дании и, видимо, везде, где на них разрешена охота.

Известно, что охота и рыбалка влияют на популяции животных. Например, в Архипелаговом море в Финляндии из-за рыболовства измельчал судак, ведь отлавливать стараются преимущественно крупных рыб. Вдобавок рыбы стали раньше достигать половой зрелости. На суше поведение хищников, таких как песцы или белые медведи, приводит к «поумнению» добычи — съедают самых несообразительных.

Еще одно недавнее исследование показало, что среди обыкновенных гаг (морские утки) самые большие головы у тех особей, которые способны высидеть наибольшее количество птенцов. Гнезда часто подвергаются разорению, так что для высиживания надо подобрать период, когда хищники будут неактивны. А еще «головастые» утки образуют с соседями союзы для защиты лучше, чем утки с маленькими головами — и, видимо, маленьким мозгом.

Насколько это актуально для птиц, которым приходится спасаться от охотников? Чтобы разобраться в этом, эволюционный биолог из Университета Париж-юг XI Андерс Папе Меллер и таксидермист, член Датского сообщества орнитологов Йоханнес Эрритце собрали данные о 3781 птице 197 видов за период с 1960 по 2015 год. В Дании от таксидермистов по закону требуется регистрировать дату и причину смерти каждого животного, с трупом которого они работают. Эрритце вскрывал птиц, записывал их массу, извлекал мозг и взвешивал его отдельно.

Ученые рассматривали различные характеристики птиц: состояние здоровья, вес, пол, видовую принадлежность, окраску — и их связь с причиной смерти. Убито охотниками было 299 птиц.

Оказалось, что птиц с маленьким по отношению к телу мозгом подстреливали в 30 раз чаще.

Если точнее, то среди птиц с массой мозга около 0,23 г убитых охотниками насчитывалось 29%, а среди тех, чей мозг весил ближе к 20 г, — только 1%. Также в группу риска попали крупные по размеру особи и самцы — возможно, из-за более яркого окраса, который делает их заметнее для охотника.

Как заключили ученые, охотники, отстреливая птиц с мозгом размером с горошину, невольно способствуют отбору птиц с большим мозгом.

Исследование других органов: сердца, печени, легких — не выявило никакой связи с гибелью от рук человека. «Это значит, что охота очень своеобразно и специфически влияет на мозг и не затрагивает остальные функции организма этих животных», — заключает Меллер.

Охотники целятся в птиц с маленьким мозгом ненамеренно, добавляет он. Такие птицы просто не понимают, что им грозит опасность. «У них уходит больше времени на то, чтобы улететь, когда на них наставляют ружье, в то время как птицы с большим мозгом имеют преимущество — они более осторожны», — говорит Меллер. Они с Эрритце не могли отследить изменения в размере мозга с течением времени, так как правила охоты во многих изучаемых районах изменились. В некоторых районах охота была разрешена, но потом ее запретили. Это могло позволить птицам с маленьким мозгом снова постепенно расплодиться и даже стать основной частью популяции.

«Исследование интригует, но я отношусь к нему скептически, потому что оно основано на сравнении данных за долгий период времени, а не на эксперименте, — прокомментировал работу Йеспер Мадсен, эколог из Орхусского университета в Дании. — Чтобы заключить, что охота способствует отбору особей с бóльшим мозгом, нужно нечто большее, чем корреляционное исследование».

Эксперимент уже идет полным ходом, хотя и непреднамеренно, считает Меллер. В последние пять лет охота на бекаса и кроншнепа была навсегда запрещена в Европе. Ученые могли бы сравнить особей того времени, когда охота была разрешена, с современными и узнать, уменьшился ли птичий мозг за время спокойной жизни. «Это предсказуемое следствие прекращения охоты», — говорит Меллер.

Мадсен не одинок в своем скептицизме. «У меня сердце кровью обливается каждый раз, как я вижу очередное исследование вроде этого, показывающее корреляции между какими-нибудь факторами и размером мозга», — говорит Сюзан Хили, эволюционный биолог из Сент-Эндрюсского университета в Шотландии. В 2007 году они с поведенческим экологом Кэнди Роу из Ньюкаслского университета в Англии оценили более 50 исследований, в которых говорилось о корреляции между размером мозга и особенностями поведения, такими как миграция, способность к обману и промискуитет у самок.

Они заключили, что такой тип исследования довольно бесполезен для того, чтобы продвинуться в понимании эволюции и функций мозга.
Беспокойство Хили и Мадсена вполне уместно, считает Джон Марцлафф, биолог и эксперт по познавательным способностям ворон. Но, по его мнению, значимость исследования в том, какие вопросы оно поднимает. Если благодаря охотникам птицы становятся умнее, как это в будущем отразится на самой охоте? Станет ли сложнее их ловить? Как это повлияет на хищников, которые охотятся на этих птиц? Дает ли развитый мозг одним видам больше преимуществ, чем другим? Как говорит Марцлафф, «это именно то, что делают корреляционные исследования: порождают вопросы».

А месяц назад биологи из государственного университета Нью-Йорка установили еще одну корреляцию: чем больше у млекопитающего мозг, тем дольше оно зевает. Самые короткие зевки оказались у мышей, крыс, лис и кроликов, а самые длинные — у горилл, гиббонов, верблюдов, слонов и, наконец, людей.